ТЯВКАТЬ ЛЕГКО. БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ — СЛОЖНО. А РАЗБИРАТЬСЯ — ЕЩЁ СЛОЖНЕЕ
Ответ на пост Tux Linux — и разбор того, чего в нём не увидено
Пост вышел эмоциональный, честный и местами верный. Мы с автором успели поговорить в комментариях, но там формат не тот: на 500 знаков такие вещи не разбираются. Поэтому — отдельный материал, как и обещал.
Сразу оговорю рамку. Я не собираюсь никого «побеждать». Я разбираю концепцию управления, а не людей. Если ты по ходу текста почувствуешь, что задели лично тебя, — остановись и перечитай абзац: скорее всего, задели не тебя, а то, что тебе в голову положили.
0. С чем я согласен — а согласен я с многим
Начну с того, что принимаю без оговорок.
Первое. Глумление — не критика. Ржач над иконой, «попы на мерседесах», мемы про «сказки» — это не аргументация, это способ снять внутреннее напряжение за чужой счёт. Кто так делает — не мыслит, а разряжается. Тут автор прав абсолютно.
Второе. Асимметрия существует. По православию бить действительно безопаснее, чем по исламу или иудаизму. Это факт, автор его зафиксировал верно. Дальше мы разойдёмся в объяснении механизма — но сам факт я не оспариваю.
Третье, и самое важное. Автор написал в комментариях вещь, которую я не имею права проигнорировать: на ЛБС он не видел ни одного психолога, ни одного жреца-родновера, но видел священников РПЦ — и некоторые из них там погибли. Он обращался к пяти священникам, ни один не взял денег, а некоторые предлагали помочь сами.
Это правда, и это много стоит. Человек, который пошёл в окоп и не взял за это денег, — сделал больше, чем сотня спорщиков в интернете.
А теперь — то, с чем не согласен. И этого гораздо больше.
1. Пять разных вещей, склеенных в одну
Главная ошибка поста — не в выводах. Она в самом начале, в том, как разделены объекты.
В тексте автора и на плакате в один комок слеплены пять принципиально разных вещей:
Христос — конкретная историческая личность и то, что через неё было дано.
Учение Христа — то, что он реально нёс людям.
Никейское вероучение — то, что было утверждено соборами в IV веке и позже.
Иерархия РПЦ — организация со своим бюджетом, кадровой политикой и интересами.
Отец Иоанн, который поехал на ЛБС и не взял денег.
Пока они склеены, разговор невозможен физически. Механика такая: ты задаёшь вопрос про ростовщическую доктрину Второзакония — а тебе отвечают, что ты плюёшь в человека, который тебя перевязывал. Ты спрашиваешь про догмат, утверждённый людьми на соборе, — тебе говорят: «не тронь Христа».
Это подмена объекта. И это не приём автора — это приём, в который автор попал.
Вся конструкция держится на том, что критика четвёртого пункта автоматически засчитывается как нападение на первый и пятый. Пока эта склейка работает — вероучение защищено от любого разбора живыми людьми, которые к его составлению не имеют никакого отношения. Отец Иоанн становится живым щитом для текстов, которых он, скорее всего, никогда и не разбирал.
Дальше в этом тексте я говорю только о пунктах 3 и 4. К пунктам 1, 2 и 5 у меня претензий нет — есть уважение.
2. Кто субъект? Автор описал объект и не назвал управляющего
Разберём процесс по элементам, как положено.
Автор описал: есть толпа, которая тявкает, потому что трусит. Психологическое объяснение. Оно работает на шестом приоритете — уровне прямого столкновения, где всё видно и всё быстро.
Но управление никогда не осуществляется там, где оно заметно. Разложим:
Обрати внимание на слово автосинхронизация. Волну хейта не надо организовывать структурно. Не нужен штаб, который рассылает разнарядки на мемы. Достаточно задать в культуре образец поведения и сделать его «нормальным» — дальше толпа синхронизируется сама. Каждый думает, что он «сам решил». Это и есть бесструктурное управление в чистом виде: никто никому не приказывал, а результат получен ровно тот, который нужен.
И то же самое — с обратной стороны. Пост автора, написанный искренне и от боли, работает на ту же волну: он не разбирает механизм, он усиливает эмоцию противостояния. Разница между «тявкающими» и «отвечающими им» в этой схеме — только в том, на какую сторону баррикады тебя поставили. Баррикаду ставили не вы оба.
Ещё в 2007 году К. П. Петров, делая разбор состояния страны по всем шести приоритетам, писал прямым текстом:
«Целенаправленно нагнетаемое противостояние религиозных конфессий, в первую очередь между христианством и мусульманством, может разорвать страну на куски» (К. П. Петров, «Тайны управления человечеством», т. 1, с. 272)
Не «может возникнуть». Целенаправленно нагнетаемое. Это написано почти двадцать лет назад.
3. Почему по православию бить безопасно: механизм, а не трусость
Автор объясняет асимметрию психологией нападающего: он трус, выбирает того, кто не даст сдачи.
Это объяснение неполное — и потому бесполезное. Оно ничего не позволяет сделать. Ну назвали мы миллион человек трусами — и что дальше?
Механизм лежит выше, на 1–3 приоритетах, и он вот такой.
Во-первых, иудаизм, христианство и ислам в их исторически сложившемся виде — это не три независимые религии, случайно оказавшиеся рядом. Это один эгрегориально-идеологический комплекс, выстраивавшийся тысячелетиями, где у каждой части своя функция:
«…исторически реальное псевдохристианство и исторически реальный иудаизм взаимно дополняют друг друга в русле библейского проекта порабощения человечества от имени Бога: иудаизм осуществляет агрессию и господство над порабощёнными народами; псевдохристианство обеспечивает непротивление порабощаемых и покорность порабощённых» («Основы социологии», т. 3, гл. 10.5)
Во-вторых — и это главное — непротивление в вероучение встроено текстуально. Это не «сила в любви», как написано на плакате. Это конкретные строки, работающие как социальная программа:
«…не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду» — Матфей, 5:39, 40
«Не судите, да не судимы будете» — Матфей, 7:1 (то есть: решать, что есть Добро, а что Зло в конкретике жизни, вы не вправе — и потому не противьтесь ничему)
«Рабы, повинуйтесь господам…» — Ефесянам, 6:5
«Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым. Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо» — 1 Петра, 2:18, 19
(перечень по: ВП СССР, «Православие» не придёт на смену Большевизму», с. 9)
Прочитай последнюю строку ещё раз, медленно. «Повинуйтесь господам не только добрым и кротким, но и суровым» и «угодно Богу, если кто страдает несправедливо».
Это не про кротость сердца. Это про социальную конструкцию: тот, кто искренне в это верит, структурно неспособен сопротивляться несправедливости — потому что само сопротивление объявлено грехом.
Отсюда прямой вывод:
«…эгрегор, ориентированный на порабощение, может только порабощать; а ориентированный на согласие с порабощением и холуизм перед поработителем, не может водительствовать в противостоянии поработителям (посленикейские христианские церкви)» (ВП СССР, «К Богодержавию…», с. 58)
Так вот. То, что автор назвал «их сила — в вере и любви», — это не доблесть. И не трусость нападающих. Это работа заложенной программы.
Программа делает свою работу безупречно: паства не отвечает — потому что ей нельзя отвечать. И безнаказанность хулителей — не их заслуга, а следствие той же программы.
Автор пишет: «вы боитесь сильных, но нападаете на тех, кто не даст сдачи». Правильный вопрос звучит иначе:
А почему тысячелетняя структура с миллионами последователей, огромной собственностью и прямым доступом к первым лицам государства — не может дать содержательного ответа сетевому хамью?
Не «не хочет по смирению». А именно — не может. Потому что содержательный ответ потребовал бы разбора собственного вероучения. А туда нельзя.
4. Разбор плаката: что на нём написано и чего на нём нет
Хорошо. Возьмём того же евангелиста и посмотрим, как сам Христос вёл себя с теми, кого считал неправыми:
«Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете» — Матфей, 23:13
«Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников… Змии, порождения ехидны! как убежите вы от осуждения в геенну?» — Матфей, 23:29–33
«Горе вам, законникам, что вы взяли ключи разумения: сами не вошли и входящим воспрепятствовали» — Лука, 11:52
Это — публичное, жёсткое, поимённое обличение религиозной иерархии своего времени. Не хамство: ни одного оскорбления по признаку рождения, ни одной насмешки над чужой болью. Но и не молчание.
Вывод простой: любовь и обличение неправды у Христа не противоречат друг другу. Противоречит любви — молчание о неправде.
А плакат делает из Христа символ именно молчания. Христос молчанием не занимался. Он «горе вам» говорил не абстрактному злу, а конкретной корпорации, монополизировавшей толкование Писания.
Отдельно, для честности разбора. Многие в спорах на эту тему хватаются за эпизод изгнания торгующих из храма (Иоанн, 2:13–18) — «вот, Христос с бичом!». Я этот аргумент сознательно не использую, потому что в материалах КОБ он разобран как, скорее всего, поздняя вставка:
«Ну “не лезет” в развитие ситуации сообщаемое в стихе 15. Случись такое — неизбежно прибежала бы храмовая стража… А тут после якобы учинённого Иисусом буйства на храмовом дворе продолжается спокойный разговор с торговцами» (ВП СССР, «Диалектика и атеизм: две сути несовместны», с. 157)
Я мог бы этим козырнуть — эффектно ведь. Но не буду, потому что это подгонка. Пишу об этом специально: разбор ценен ровно настолько, насколько ты готов не использовать удобный, но негодный аргумент.
5. Что именно критикуется. Не Христос — конкретные тексты
Автор пишет: «поливаете грязью Христа». Давай посмотрим, что реально стоит на разборе.
Вот доктрина, входящая в канон, который целуют:
«Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба… иноземцу отдавай в рост, чтобы господь бог твой благословил тебя во всём, что делается руками твоими на земле, в которую ты идёшь, чтобы овладеть ею» — Второзаконие, 23:19, 20
«…и будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы; и будешь господствовать над многими народами, а они над тобой господствовать не будут» — Второзаконие, 28:12–14
«Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои и цари их будут служить тебе… Ибо народы и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся» — Исаия, 60:10–12 (подборка по: ВП СССР, «Сопоставление “авраамических” вероучений», с. 3)
Это — программа скупки мира на основе монополии на транснациональное ростовщичество плюс прямая угроза геноцида несогласным. Не метафора, не «поэтический образ» — операционная инструкция, работающая по сей день через кредитно-финансовую систему.
А теперь строка из Нового Завета, которая эту доктрину подтверждает от имени Христа:
«Не думайте, что Я пришёл нарушить закон или пророков. Не нарушить пришёл Я, но исполнить. Истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» — Матфей, 5:17, 18
«Закон и пророки» во времена Христа — это то, что сейчас называется Ветхим Заветом. То есть всё вышеприведённое.
И вот тут — ключевой момент, ради которого я вообще пишу этот текст.
Вопрос не в том, «верить или не верить». Вопрос в том: это от Бога — или это отсебятина людей, поставленная в текст под конкретную задачу?
Задать этот вопрос — не значит «поливать грязью». Это значит отнестись к делу серьёзно. Тот, кто искренне считает Библию боговдохновенной от корки до корки, обязан объяснить, каким образом благим Промыслом является поголовное истребление народов, отказавшихся служить.
А теперь самое неудобное. Эти вопросы были заданы адресно и вежливо. Не в интернете, не в мемах. В 1993–1994 годах они были сформулированы и переданы митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому Иоанну и иерархии РПЦ — работа так и называется, «Вопросы митрополиту Иоанну и иерархии Русской Православной Церкви». Материал передавался в окружение митрополита несколько раз.
Ответа не было. Ни адресно через посредников, ни через печать, хотя за это время митрополит опубликовал десятки статей.
С тех пор прошло больше тридцати лет. Молчание держится.
Вот это, Tux, и есть существо дела. Не «тявканье». А вопрос, поставленный корректно, публично и давно — и оставленный без ответа.
6. Никейский символ веры: найди в нём Христа
Основа православного вероучения — Символ веры. Двенадцать членов, читается на каждой литургии.
Открой его и попробуй найти там хоть одно слово самого Христа.
Их там нет. Ни одного.
«По своему существу Никейский символ веры — пересказ биографических повествований Нового Завета своими словами в меру совестливости и понимания, то есть он — предание старцев, из которого исключены все слова самого Христа… Вследствие этого Никейский символ веры должно было начинать словами: “Верую в предания старцев — отцов церкви, — которые учат, что я…”» (ВП СССР, «Концептуальная кабала Православия, или как ему преобразиться», с. 17)
Дальше — три догмата, на которых всё стоит.
Догмат о Троице
Прямо не провозглашён ни Христом, ни пророками. Ближайшее место — 1 Иоанна 5:7. И вот занятная деталь: в Острожской Библии 1581 года — более старой, чем синодальная, — этого стиха просто нет. Стих 6 есть, стих 8 есть, седьмого нет.
Либо переписчики его потеряли, либо он появился, чтобы упростить обоснование догмата. Нет его и в текстах, которые сегодня привозят западные миссионеры. (Кабала Православия, с. 15)
Догмат об искупительной жертве
В психике верующего он формирует конкретный алгоритм:
«Если ты будешь праведным, то тебя ждёт мученическая смерть, воздаяние за которую ты получишь посмертно»
«Этот алгоритм самоликвидации наиболее нравственно праведных людей подкреплялся в течение истории тем, что наиболее почитаемыми всегда считались святые великомученики» (Кабала Православия, с. 12)
Понимаешь, что это значит на практике? Каждое поколение самых совестливых людей получает программу: твоя праведность окупится после смерти. Здесь — терпи.
И, как отмечено в том же разборе, на государственном уровне алгоритм догоняли причислением Николая II к святым — то есть закладывали образец: «сдай страну без боя — станешь святым».
Догмат о грехопадении
Он делает каждого, кто в него верит, нравственно ниже церковных иерархов — папа непогрешим, патриарх «Святейший». А дальше:
«Эта психическая установка о неисправимой ущербности одних перед другими — основа фашизма как одного из типов культуры общественного самоуправления, возможного исключительно в толпо-“элитарном” обществе» (Кабала Православия, с. 13)
Вот, собственно, ответ на вопрос «а что вы там критикуете». Не Христа. Механизм воспроизводства толпо-«элитаризма», вшитый в вероучение.
7. О трусости. У кого она на самом деле
Автор много говорит про трусость критиков. Допустим. Но давай посмотрим симметрично.
Есть два утверждения, которые иерархия могла бы сделать — и не делает ни то, ни другое:
Первое. Сказать пастве прямо: Флоренский был прав, обетования Ветхого Завета неотменны, и нам следует смиренно подчиниться. (Флоренский в письме Розанову 1913 г. написал именно это: «Мы должны сами совершить круг своего подчинения Израилю… Но надо быть покорными».)
Второе. Сказать пастве прямо: Библия в её исторически сложившемся виде — не от Бога, ростовщическая доктрина Второзакония-Исаии есть мерзость, и верить в её боговдохновенность — значит быть в конфликте с Богом.
Ни первого, ни второго не говорится. Вместо этого — тридцать лет молчания и «пастырские послания», на которые пресс-служба Кремля отвечает: «это послание не требует ответа» (реальный ответ Д. Пескова на обращение патриарха Кирилла к президентам России и Украины летом 2015 г.).
«И это — именно трусость, а не так называемая “богобоязненность” и не смирение перед Богом, который есть Любовь» (ВП СССР, «Православие» не придёт на смену Большевизму…», с. 11)
8. Проверка делом: пятый приоритет
Абстракции легко оспорить. Возьмём проверяемое.
Пятый приоритет обобщённых средств управления — это алкоголь, табак, наркотики, всё, что бьёт по генофонду. То, чем народы убивают без войны. Мы про это подробно писали отдельным постом.
Что делала церковь на этом приоритете за тысячу лет?
988 год. Легенда о выборе веры приписывает Владимиру слова «Веселие Руси есть питие». Карамзин передаёт жёстче: «Вино есть введение; не можем быть без него». Слово «введение» — из лексикона тех, кто что-то вводит по плану.
После отмены крепостного права по стране пошло мощное трезвенническое движение: сельские сходы один за другим закрывали кабаки. Правительство подавило его полицейскими методами — «пьяные» деньги были в бюджете. Иерархия сохранила верноподданность и промолчала. Хотя при Иване Грозном, когда рисковать приходилось головой, иерархи государя обличать не боялись.
Начало XX века. Иоанн Чуриков начал именем Христовым проповедовать полную трезвость. Синод запретил ему проповедовать.
1914 год. Сухой закон в России всё-таки ввели — но под давлением авторитета левых партий, включая РСДРП, а не Церкви.
(фактура по: ВП СССР, «Вопросы митрополиту Иоанну и иерархии РПЦ», раздел о трезвенническом движении)
Итог: на том приоритете, где народ вымирает физически, тысячелетняя структура либо молчала, либо охраняла «введение».
Tux, ты пишешь, что священники бесплатно помогали тебе. Верю. Но пастырский долг — это не только раздать гуманитарку и утешить. Это сформировать в обществе такую динамику, чтобы люди перестали нуждаться в том, чтобы их пасли. По этому счёту — счёт не в пользу иерархии. И это не моё оценочное суждение, это перечень проверяемых событий.
9. Главный тезис поста — и почему он опаснее всего остального
Теперь — к тому месту, ради которого этот разбор вообще нужен.
Автор пишет: победите православие — образовавшийся вакуум займёт ислам, и тогда «придётся не креститься, а кланяться в сторону Мекки — по принуждению». В комментариях он добавил: «бегите, покупайте Коран, штудируйте — пригодится».
Автор случайно наступил на реальный сценарий. И прочитал его наизнанку.
Вот аналитическая записка ВП СССР от 12 февраля 2010 года — «Долговременная стратегия преодоления коранического ислама заправилами библейского проекта». Излагаю по пунктам, почти дословно:
Многоходовка:
Создание «халифата», в который войдут народы традиционного ислама.
Начало «халифатом» мировой войны — искоренение безбожного либерализма Запада, насаждение обрядности ислама как общемировой «религии».
Точка ветвления:
3.1. Побеждает Запад → Коран ждёт судьба «Майн кампф», страны традиционного ислама подвергаются «деисламизации» по образцу денацификации Германии.
3.2. Побеждает «халифат» → власть мулл, толпа Корана не читает, живёт по указке. Далее, когда власть мулл станет ненавистной, — всемирное антиисламское восстание и та же «деисламизация»: Коран изымается из общего доступа и помещается в спецхран, чтобы его могли цитировать только особо доверенные историки, показывая читателям, от какого зла избавилось человечество.
И далее, про этап, который шёл на момент написания:
«в мире ислама режимы, приверженные традиционализму и не проявляющие агрессивности, подвергаются давлению со стороны псевдоисламских фундаменталистов-радикалов; вне ареала мусульманской культуры целенаправленно создаётся образ врага, на роль которого назначены те же самые радикалы»
«В одном из вариантов описанной многоходовки Россия подлежит расчленению в процессе интеграции в “халифат” народов, исповедующих ислам. Если этого сделать не удастся, то Россия должна стать одной из первых жертв агрессии “халифата” и главным фронтом в войне цивилизованного Запада против “варварства халифата”» (ВП СССР, 12.02.2010, с. 1–3)
Записка написана в феврале 2010 года. «Халифат» был провозглашён в 2014-м. Четыре года. Это, если что, и есть проверка методологии на практике — прогноз, сделанный не по новостям, а по алгоритмике.
Теперь смотри, что получается с постом.
Фраза «завтра будете кланяться в сторону Мекки» — это не предупреждение. Это ровно та эмоция, ради производства которой сценарий и запускают. Автор, искренне защищая православие, работает на пункт 1 многоходовки: разжигает то самое межконфессиональное противостояние, которое, по Петрову, «может разорвать страну на куски».
И разница в позициях тут принципиальная, а не стилистическая:
У автора мусульмане — угроза. Сила, которая придёт и заставит.
У меня мусульмане — такие же объекты того же управления. Коранический ислам мешает заправилам проекта ровно тем же, чем мешало бы неизвращённое христианство: Коран запрещает ростовщичество и называет его разновидностью сатанизма (2:275–276) и отрицает превосходство одних людей над другими (3:57). Поэтому Коран и назначен к списанию в спецхран.
Мусульманин, который сейчас в окопе на ЛБС, воюет за ту же страну, что и православный священник, который туда поехал. Оба — на одной стороне. Разводят их не там, а здесь — в интернете, постами вроде разбираемого.
10. Почему я в комментариях сказал и про «людоедские принципы Библии», и про «извращённый шариат»
Различие между кораническим исламом и исторически сложившимся — точно такое же, как между Учением Христа и исторически сложившимся христианством. Обе изначальные вещи были интегрированы в один проект, только разными способами и в разное время.
Про то, как под исламскими лозунгами делается ровно то же самое, у ВП СССР есть отдельная работа — «Мусульманский облик троцкизма» (1996). Про духовенство традиционного ислама в записке 2010 года сказано не мягче, чем про наше:
«Духовенство традиционного ислама отгородилось Кораном и обрядностью от Бога, от проблем людей и обществ, живёт интересами сиюминутного своекорыстия… Руководство других конфессий по сути своей — такие же обрядоверы»
Так что я не «против православия и за ислам». Я против обрядоверия как способа отгородиться от Бога — в любой упаковке. И претензия у меня одна и та же ко всем: за 1600 лет после Никеи не выработано глобальной альтернативы ростовщической доктрине, потому что нельзя назвать сатанизмом то, что лежит в собственном каноне.
11. А теперь то, чего от «кобовца» не ждут: за что я готов православие защищать
Здесь будет неожиданно.
«И мировая закулиса не любит православие вовсе не по тем причинам, на которые ссылаются в слепой гордыне православные. Причина другая: обладая усердием не по библейскому разуму, Православие в своей Библии хранит неканонические книги Ветхого завета, а в синодальной Библии восстановило многие цензурные изъятия из его канона, о которых на Западе все уже давно забыли. Этим Православие подрывает экспансию паразитизма хозяев библейской цивилизации.» (ВП СССР, «К Богодержавию…», с. 163)
То есть в русском изводе действительно сохранилось то, чего на Западе нет: чтобы добраться до Премудрости Соломона или Септуагинты, западному исследователю надо рыскать по библиотекам — а у нас это лежит в общедоступной синодальной Библии. Именно оттуда, кстати, берётся текст о том, как злочестивые сговариваются погубить Праведника (Прем. 2:12–20) — фрагмент, который рушит всю конструкцию догмата об искупительной жертве, если прочесть его внимательно.
Русское православие в этом смысле — не то же самое, что католицизм. И это не мелочь.
Дальше. Внутри самой церкви были люди, которые всё понимали. Святитель Игнатий Брянчанинов ещё в 1862–1866 годах написал записку «О необходимости Собора по нынешнему состоянию Российской Православной Церкви» — и прямо сказал, что положение Церкви двести лет не поверялось Собором и что созыв Собора стал «решительной необходимостью». Синод и монархия проигнорировали.
«…именно эта безответность к намёку Свыше, а не какие-то там “большевики” и “жидо-масоны”, повлекла за собой катастрофу 1917 г.» (Кабала Православия, с. 8)
И третье. В 1943 году Сталин возобновил патриаршество. Это было сделано не для того, чтобы снова зазвучало «рабы, повинуйтесь господам». Это был шанс — дать иерархии и пастве вернуться к изначальному Христианству, спустя восемьдесят лет после того, как то же самое предложил Брянчанинов. («Церковь и государственность в России», с. 6–7)
Шанс не был использован. Но он был.
Так вот, к чему я это. Я не хочу, чтобы православие исчезло. Я хочу, чтобы оно вернулось к тому, что нёс Христос:
«Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него» — Лука, 16:16
«Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть» — Лука, 17:20, 21
«Да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе» — молитва «Отче наш»
Учение о том, что Царствие Божие строится здесь, на Земле, усилиями самих людей, называется хилиазмом. И оно объявлено ересью — одинаково и православием, и католицизмом. Вопреки прямому тексту молитвы, которую эти же церкви читают каждый день.
Вот это и есть суть подмены, если совсем коротко:
Христос звал строить Царствие Божие на Земле. Церковь перевела стрелку на посмертное воздаяние и объявила земной вариант ересью.
Разница между этими двумя установками — это разница между народом-строителем и паствой, которая терпит.
12. Про P.S. автора: бумеранг, карма и Вселенная
В постскриптуме автор пишет: «Вселенная (или Бог, или карма — называйте как хотите) имеет привычку возвращать бумеранг».
«Называйте как хотите» — вот тут и зарыто. Это три разные вещи, и разница не филологическая, а практическая.
Карма — автоматическое воздаяние. Безличный механизм: сделал → прилетело. В ней нет ни милости, ни разговора, ни возможности изменить будущее прямо сейчас. Это машина, и человек в ней — деталь.
Разница эта, к слову, всплыла и в комментариях под самим постом: один из читателей заметил, что бывают такие «противники библейского проекта», которые при этом «сторонники кармического». Не берусь судить за конкретных людей, но сама конструкция типовая и её стоит назвать: обратные связи признаются — но признаются безличными. Богу в такой схеме места нет, есть закон, который работает сам. Это не КОБ, что бы ни говорилось на обложке.
Попущение Божие — не машина:
«Попущение Божие — пределы, в которых Бог допускает уклоняться от осуществления Промысла всем, кому Он предоставил свободу выбора… чем больше было дано Свыше человеку, чем ближе его нравственность к праведности — тем строже отношение к нему Свыше и тем строже ему самому следует быть в самодисциплине… Попущение во всех случаях промыслительно целесообразно, поскольку в нём Бог предоставляет возможность неправедным одуматься самим» (Кабала Православия, с. 9)
Разница в одном слове: диалог.
Если «карма» — тебе остаётся терпеть и надеяться, что счётчик когда-нибудь отмотает. Если Промысел и попущение — с тобой разговаривают, и разговор идёт языком жизненных обстоятельств, а границы того, что тебе попускается, зависят от твоей же нравственности.
И тут же следствие, важное для нашего спора. Знание о попущении даёт четыре типа этики. Приведу два крайних:
Эксплуатировать попущение в отношении других в своих интересах — вводить людей в область попущения и стричь их там. «Так построены их хозяевами разнообразные культы, и на этом стоит разноликий сатанизм».
Отказаться от такого воздействия, взяв на себя обязанность уведомлять возможные жертвы попущения о том, что они в нём находятся, указывая пути выхода. «Этому учил людей Иисус и этому принципу следовал он сам… Это — основа христианской этики: “Пойдите, научитесь, что значит милости хочу, а не жертвы” (Матфей, 9:13)». (Кабала Православия, с. 9–10)
Уведомить человека, что он в области попущения — это и есть христианская этика по существу. Не молчание. Не «не тронь». Уведомление.
13. Практическое. Как вести этот разговор, чтобы не работать на чужой сценарий
Для тех, кто дочитал и хочет не спорить, а что-то менять.
1. Всегда разделяй пять объектов. Человек — не организация. Организация — не вероучение. Вероучение — не Христос. Если ты этого не сделал, ты гарантированно попадёшь в живого человека, а не в концепцию.
2. Никогда не глумись — не по этическим, а по управленческим причинам. Насмешка над святыней мгновенно включает у собеседника защиту, и содержание твоих слов до него уже не доходит физически. Ты своими руками закрываешь себе канал. Хочешь быть услышанным — говори так, чтобы тебя можно было услышать.
3. Спрашивай, а не утверждай. «Как Второзаконие 23:19 согласуется с тем, чему учил Христос?» — сильнее ста оскорблений. Утверждение вызывает отпор. Вопрос запускает мышление. Это разница между 3-м приоритетом и 1-м.
4. Не давай втянуть себя в силовую рамку. Как только разговор о вероучении переходит в «наши против ваших» — ты уже проиграл, кем бы ты ни был. Тебя опустили с 1-го приоритета на 6-й, где всё быстро, шумно и бессмысленно.
5. Проверяй свою эмоцию на вопрос: кому она выгодна прямо сейчас? Не «прав ли я», а кто получит результат от того, что я сейчас нажму «отправить». Это простое упражнение отсекает 90 % интернет-войн.
14. Автору лично
Tux, ты написал: «поливать грязью веру других не надо». Подписываюсь под каждым словом.
Но в том же тексте ты написал: «бегите, покупайте Коран, штудируйте — пригодится». И про то, что в мечети «вам быстро объяснят».
Это ровно то, против чего ты выступил абзацем выше. Страх перед чужой верой, поданный как предупреждение. Ты защищаешь одних от насмешки — и тут же делаешь других пугалом. Механизм тот же самый, только направление другое.
Ты говоришь о священниках, которые гибли на ЛБС. Я это принимаю всерьёз. Но там же гибли мусульмане, атеисты, коммунисты и люди без всяких убеждений. Ты сам это знаешь лучше меня — я там не был.
Я не воюю с твоими священниками. Я задаю вопросы к тому вероучению, которое их же самих ставит в положение людей, которым нельзя назвать ростовщичество ростовщичеством, а несправедливость — несправедливостью. Которое велит им учить твоих детей, что «страдать несправедливо — угодно Богу».
Тот отец Иоанн, который поехал в окоп и не взял денег, — он поехал туда не потому, что ему сказали подставить вторую щёку. Он поехал вопреки этому. По совести.
Вот за это я его и уважаю. И именно поэтому разбираю то, что ему мешает.
Итог
Тявкать легко — тут спора нет.
Быть человеком сложно — и с этим не спорю.
Но есть третье, и оно сложнее обоих: разбираться. Не защищать «своих» и не громить «чужих», а спокойно смотреть, кто, чем, на каком приоритете и в чьих интересах управляет тем, что ты считаешь своим личным мнением.
Первый шаг простой. Перестать драться, потому что дерёшься, — и спросить, кто вывел тебя на эту улицу.
Источники
Работы ВП СССР:
«Основы социологии», т. 3, гл. 10 — толпо-«элитаризм», гл. 10.5 — эгрегориальные религии и библейский проект; подмена Учения Христа, канон Библии (419 г., Карфагенский собор).
«Основы социологии», т. 2, гл. 8.5, с. 142–144 — приоритеты обобщённых средств управления, их быстродействие и необратимость.
«Достаточно общая теория управления», разд. 9–10 — полная функция управления, предиктор-корректор.
«К Богодержавию…», с. 58 — эгрегор, ориентированный на согласие с порабощением; с. 162 — построение «экспортной модификации единобожия»; с. 163 — за что закулиса реально не любит православие.
«Концептуальная кабала Православия, или как ему преобразиться» (О ТМ № 6 (127), 23–28.07.2016) — с. 8 (Брянчанинов, причины катастрофы 1917 г.), с. 9–10 (попущение, четыре вида этики), с. 12 (догмат о жертве Праведника, алгоритм самоликвидации), с. 13 (догмат о грехопадении как основа фашизма), с. 15 (Острожская Библия и стих 1 Ин 5:7), с. 17 (Никейский символ веры без слов Христа; два вида атеизма).
«Православие» не придёт на смену Большевизму, ибо политические проповеди “православных” лживы…» (О ТМ № 4 (136), 06.05.2018) — с. 9 (двухкомпонентная доктрина, тексты непротивления), с. 11 (о трусости иерархии; вера Библии вместо веры Богу).
«Церковь и государственность в России: главенству чего отдать предпочтение?» (24–27.08.2015) — с. 3–4 (концептуальная и идеологическая власть, схема «главенство церкви»), с. 6 (Иосиф Волоцкий, Грозный: «Наша вера христианская, а не греческая»), с. 6–7 (возобновление патриаршества в 1943 г.), с. 7 (два атеизма, партия как церковь), с. 10 (хилиазм как «ересь», обречённая на Победу).
«Сопоставление “авраамических” вероучений» (15.08.2013, 21.04.2015) — с. 1–2 (богословские и социологические расхождения трёх вероучений), с. 3 (доктрина Второзакония-Исаии), с. 6 (перечень текстов непротивления; Коран против ростовщичества).
«Долговременная стратегия преодоления коранического ислама заправилами библейского проекта» (12.02.2010) — с. 1–2 (многоходовка с «халифатом»), с. 3 (варианты с расчленением России; обрядоверие духовенства всех конфессий), с. 3–4 (идея Царствия Божиего как единственная альтернатива сценарию).
«Вопросы митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому Иоанну и иерархии Русской Православной Церкви» (1993–1994, изд. 1996) — предисловие (об отсутствии ответа), раздел о трезвенническом движении и «введении» винопития.
«Диалектика и атеизм: две сути несовместны», с. 155–157 — роль апостола Павла (оценка Л. Н. Толстого), разбор эпизода изгнания торгующих как поздней вставки.
«“Мастер и Маргарита”: гимн демонизму? либо Евангелие беззаветной веры» — беззаветная вера Богу против веры в Писание; догматика Никеи.
«Мусульманский облик троцкизма» (26.03.1996).
«Как и для чего писания делаются “священными”?» — механизм канонизации, роль посланий Павла как «второго Евангелия».
К. П. Петров:
«Тайны управления человечеством», т. 1, с. 271–272 — диагноз состояния страны по шести приоритетам; прямое указание на целенаправленно нагнетаемое противостояние христианства и мусульманства как средство расчленения страны; т. 1, с. 183–192 — смена логики социального поведения (закон времени).
Библейские и коранические ссылки приведены по синодальному изданию и по переводу И. Ю. Крачковского соответственно, в тех местах, где они цитируются в перечисленных работах.
Комментарии 14
Войдите, чтобы оставить комментарий.