Мы используем файлы cookie, чтобы сайт работал и становился удобнее. Продолжая пользоваться «Думайте», вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.

Показать все результаты

Ничего не найдено

Доступна новая версия приложения

Версия

Скачать

Социализм вернётся.

3 дн. назад
160 20 11 мин

Зарисовки кошачьей лапой

Помнится, Николай Васильевич Гоголь однажды переполошил целый город сообщением о приезде ревизора. Удивительный был человек, скажу я вам! Одной фразой довёл чиновничество до такого душевного состояния, какого нынешние психиатры не добьются и за год интенсивной терапии.

А ведь всего-то требовалось проверить, как господа распоряжались доверенным им хозяйством.

С тех пор многое изменилось. Ревизоров теперь встречают с цветами, результаты проверок публикуют на официальных сайтах, а отдельные хозяйственные достижения настолько грандиозны, что разобраться в них не способны даже непосредственные участники. Зато научились замечательно объяснять обществу, почему чем лучше идут дела, тем больше денег требуется на их дальнейшее улучшение.

И вот тут у меня возникло подозрение, что в Россию снова собирается социализм. Причём без приглашения, без революционного броневика и даже без соответствующей записи в календаре государственных праздников.

Не исключаю, что некоторые господа воспримут это известие с тем же восторгом, с каким гоголевский городничий встретил ревизора. Особенно если социализм начнёт с совершенно неприличного вопроса: кому принадлежит богатство страны и почему его распределяют именно таким образом?

Вопрос, согласитесь, крамольный. Ещё опаснее только предложение проверить ответ.

Прудон, человек решительный, скажу я вам не понаслышке, и, судя по всему, не слишком озабоченный сохранением добрых отношений с собственниками, когда-то объявил собственность кражей. Сильно сказано! Я бы, впрочем, поостерёгся подобных обобщений, особенно сейчас. У меня имеется собственная миска, и желающим проверить на ней справедливость прудоновской теории предварительно рекомендую оформить страховку и не только на имущество.

Но если миску наполняет весь двор, корм добывают сообща, а затем появляется почтенный господин и объявляет, что отныне все обязаны платить ему за право обедать, я начинаю понимать французского мыслителя. Особенно если выясняется, что миску господин получил в ходе приватизации, кормушку зарегистрировал как стратегический актив, а территорию вокруг огородил в целях защиты свободной конкуренции.

Впрочем, к собственному производству всё сказанное отношения не имеет. Человек построил завод, организовал дело, создал полезный товар — вот ему-то честь и хвала. Я вообще с большим уважением отношусь к предпринимателям, способным производить что-нибудь помимо отчётов о собственной исключительности.

Меня занимают другие представители капиталистического сословия. Те, чьё предпринимательское дарование проявляется преимущественно в искусстве владеть. Причём владеют они настолько талантливо, что необходимость лично участвовать в производстве давно отпала. Работают инженеры, изобретают учёные, трудятся рабочие, организуют процесс управляющие, а собственник осуществляет самое ответственное — получает результат.

И здесь приходится признать выдающееся достижение капитализма: он первым создал профессию, заметьте, не первую из древнейших, но очень на нее похожую по своему поведению, в которой отсутствие на рабочем месте способно свидетельствовать об исключительно высоком общественном положении.

Оскар Уайльд устами одного из своих героев определил циника как человека, знающего всему цену и не понимающего ценности. Боюсь, великий ирландец несколько поторопился в своих утверждениях. Современный хозяйственный циник прекрасно понимает ценность, и особенно чужого труда. Просто старается приобрести её подешевле, а продать подороже. Если же приобрести не удаётся, всегда можно взять в аренду вместе с человеком, его временем и профессиональными способностями. Не Карабас, но близко.

Надо отдать должное — талант коммерческий. Однако я бы не стал безоговорочно принимать его за высшее проявление человеческого разума. Иначе придётся признать, что наиболее совершенная форма цивилизации наступит тогда, когда один человек будет владеть всем, а остальные получат равное право выбирать способ оплаты.

О, между прочим, о равенстве.

Анатоль Франс однажды язвительно заметил, что закон одинаково запрещает богатым и бедным ночевать под мостами. Прекрасная иллюстрация юридической справедливости! Сегодня к ней можно добавить и экономическую. И миллиардер, и школьный учитель имеют совершенно одинаковое право приобрести контрольный пакет крупной компании. Закон не препятствует никому.

Учителю остаётся лишь проявить достаточную предприимчивость. Например, сократить расходы на завтраки лет так на триста.

Но оставим пока этих господ. Прогресс уже готовит им неприятности гораздо серьёзнее моих размышлений.

Человечество изобретает всё более совершенные машины, которые постепенно освобождают человека от тяжёлого труда, либо делают вид, что так делают. Но все-таки, автоматизированные линии работают быстрее, программы решают сложные задачи, искусственный интеллект берётся за профессии, ещё недавно требовавшие многолетнего обучения, или присутствия на обучении, в общем, на что хватит серого вещества. Казалось бы, наступает долгожданное освобождение! Ура, товарищи, ура! (где-то в сторонке восклицает Ленин).

Однако выяснилась прелюбопытнейшая подробность. Машина освобождает человека от работы, а работодатель — от необходимости выплачивать ему зарплату. В результате первый приобретает свободное время (аллилуйя, свершилось!), второй — дополнительные доходы. Оба, несомненно, выиграли от научно-технической революции.

Но вот, загвоздка, правда, первому теперь придётся искать работу. Кстати, психологи подтвердят, что это уже прекраснейшая возможность для личностного роста, о чём ему непременно сообщат специалисты по управлению персоналом в последний день работы.

Особенно умиляет меня выражение «высвобождение трудовых ресурсов». Какая забота! Человека словно выпускают из клетки на волю. Только почему-то вместе с клеткой исчезает кормушка, а территория вокруг уже кому-то принадлежит. Шагнул – плати негодяй!

Вот здесь и обнаруживается главная странность современного хозяйства. Общество способно производить всё больше, затрачивая всё меньше человеческого труда, но вот освобождённое время ещё не становится всеобщим достоянием. Его экономическая судьба определяется прежде всего тем, кому принадлежит машина и кто распоряжается полученным результатом.

Ничего удивительного, что при таком устройстве социализм рано или поздно напомнит о себе.

Причём вовсе не с явным намерением, по крайней мере вначале, отобрать у капиталистов последние запонки. Эти безделушки пусть оставят себе. Меня гораздо больше интересует, каким образом технический прогресс должен улучшать жизнь людей, если его результаты распределяются преимущественно в соответствии с правом владения.

Конечно, любой образованный, в смысле с дипломом и увешанный разного рода регалиями, экономист немедленно объяснит мне, что всё значительно сложнее и мне, как не специалисту это не под силу понять. Потребуются инвестиции, обновление оборудования, возмещение рисков, обеспечение рентабельности и прочие, прочие, в общем так необходимые экономике вещи. С этим я согласен, ну или от части – в меру своего непонимания. Более того, именно поэтому не предлагаю раздавать всю прибыль предприятия возле проходной по пятницам.

Но разве из необходимости инвестиций следует, что общество должно довольствоваться ролью благодарного зрителя собственного развития?

Новый социализм, как мне представляется, и будет искать ответ на этот вопрос. Возможно, через участие работников в результатах производства, общественные фонды, кооперацию, государственное управление стратегическими ресурсами и другие способы согласования личных интересов с общественными. Хотя последние то же личные, но только, как говорится, приходят к нам через Северный полюс.

И тут, предвижу, начинается самое интересное. Стоит произнести слово «государственная собственность», как одни уже готовы петь революционные песни, а другие принимаются судорожно вспоминать расположение ближайшего международного аэропорта.

Напрасно волнуются и те и другие.

Государственная собственность ещё не означает общественной справедливости, к прискорбию, не означает. Можно во всеуслышание объявить предприятие народным, назначить руководителем заслуженного деятеля, ну там с медальками и дипломами, украсить приёмную государственной символикой и торжественно доложить об историческом восстановлении прав трудящихся. А затем выяснить, что трудящиеся по-прежнему не имеют отношения к распределению доходов, зато назначенный руководитель обзавёлся такими удобствами, о которых прежний капиталист мог только мечтать.

Всё будет совершенно законно. Особенно служебный автомобиль, загородная резиденция и расходы на представительские нужды и не только себе. Ведь представлять интересы народа, скажу я вам, занятие довольно-таки утомительное. Иногда требуется даже выезжать за границу, чтобы на месте убедиться, насколько тяжело живётся зарубежным капиталистам.

Грибоедовский Чацкий, помнится, не возражал против службы, но тяготился прислуживанием. Некоторые современные управленцы, вероятно, нашли бы в этом утверждении досадную неточность и сетовали неустанно бы на нее. Служить обществу, конечно, почётно, но гораздо удобнее, когда общество прислуживает тебе.

Особенно если прислуживание оформлено отдельной строкой государственного бюджета.

Вот почему будущему социализму придётся начинать не с торжественного переименования собственности, а с гораздо более сложного предприятия — воссоздания руля, что действительно поворачивает в нужную сторону. Ну и не забудет про ответственность, ту, настоящую.

Не перед собственным начальством, не перед тщательно подобранной комиссией и даже не перед ведомственной пресс-службой, способной аккуратно превратить любую неприятность в выдающееся достижение. Перед людьми, ради которых хозяйство и существует.

Признаюсь, задача, скажу я вам, нелёгкая. Государственных служащих с детства следует приучать к мысли, что должность — это обязанность, а не разновидность наследственного поместья. Иначе общественная собственность быстро приобретёт весьма оригинальное устройство: принадлежит всем, распоряжаются немногие, а отвечать за последствия предлагается остальным.

Салтыков-Щедрин, полагаю, от подобного порядка пришёл бы в литературный восторг. Правда, ему пришлось бы изрядно потрудиться: современная административная изобретательность порой оставляет сатирика без работы. Пока он сочиняет гротеск, соответствующее ведомство уже утвердило его в качестве инструкции.

Но самое опасное я вижу даже не в чиновниках. Их, в конце концов, можно контролировать, проверять и заменять, если общество обладает необходимыми средствами. Гораздо сложнее справиться с человеческим желанием передать кому-нибудь ответственность за собственное будущее.

Народ может получить прекрасные права, к примеру выборы, и не воспользоваться ими. Ему могут предоставить возможность участвовать в управлении, а он предпочтёт доверить всё очередному благодетелю, обещающему решить проблемы без малейшего участия граждан.

И благодетель, скажу я вам, обязательно найдётся. Более того, будет искренне благодарен народу за доверие. Особенно если оно распространяется на финансовые вопросы и не предполагает последующей проверки результатов.

Поэтому идущему по дороге к нам социализму потребуется человек, умеющий мыслить самостоятельно. Не тот, кто безошибочно повторяет правильные политические формулы, а тот, кто понимает содержание происходящего, способен оценивать последствия решений и не испытывает священного ужаса перед руководителем, вооружённым красивым отчётом.

И вот здесь образование становится делом куда более серьёзным, чем подготовка специалистов для рынка труда. Стране нужны люди, умеющие шевелить своими мозгами, хотя бы по понедельникам, понимать устройство хозяйства, отличать общественную пользу от удачного рекламного слогана.

Потому что социализм без такого человека неизбежно рискует превратиться в систему, где все богатства принадлежат народу, а самому народу принадлежит почётное право регулярно благодарить за это руководство. Кстати, а не плохая национальная идея.

Знаете, есть в истории Маркса одна замечательная деталь, по крайней мере из тех, что я помню. Вместе с Энгельсом он когда-то отправил по Европе призрак коммунизма. С тех пор этот дитя справедливости изрядно потрепали, неоднократно хоронили, торжественно объявляли исчезнувшим и даже пытались убедить человечество, что покойник никогда не существовал.

А он, похоже, опять собирается навестить всех живущих.

Правда, на сей раз может явиться без старого партийного билета, без обязательного набора идеологических догм и с весьма неприятной для некоторых господ бухгалтерской книгой.

И обнаружится, что вопрос уже не в том, следует ли богатых ненавидеть за богатство. Ненависть, признаться, вообще плохой бухгалтер. Особенно если вчерашние обездоленные, получив доступ к общественному имуществу, начинают проявлять такие собственнические таланты, которым позавидовали бы наиболее опытные капиталисты.

Речь о другом: какую пользу приносит обществу конкретное хозяйственное устройство и насколько справедливо распределяются результаты общего труда? Кстати, если эту мысль не высказал Маркс, то позвольте я присвою ее себе.

Вот это, по моему разумению, и будет главным содержанием социализма новой эпохи. Не зависть к состоятельному соседу, не всеобщее равенство в бедности и уж точно не желание отнять у удачливого пекаря его булочную ради торжества общественной собственности.

Пусть печёт хлеб. Чем лучше, тем приятнее всем остальным. А вот если кто-нибудь приобретёт исключительное право взимать плату со всех пекарей только потому, что когда-то сумел оформить на себя единственную дорогу к мельнице, тут общество вправе проявить интерес. И вовсе не революционный. Обыкновенный хозяйственный, но с настойчивостью Глеба Жеглова.

Ибо справедливость начинается, пожалуй, там, где человек перестаёт путать собственную пользу с общественной, а общественную — с собственным правом ею распоряжаться. Это я сам слышал от самого родоначальника Капитала, но мысль эту он так и не записал, к сожалению.

Конечно, социализм ещё предстоит создать, если общество действительно выберет этот путь. Сам собой он не возникнет, а любая попытка ускорить строительство справедливости посредством хозяйственного разрушения рискует закончиться весьма печально и трагично для многих. Впрочем, человеческая история уже достаточно богата подобными опытами, чтобы испытывать к повторению особенную страсть.

Но я всё же думаю, что наша страна придёт к новой форме социализма. Не исключаю, что название будет иным, формы собственности — разнообразными, а само устройство окажется непохожим на представления сегодняшних сторонников и противников.

Главное, чтобы экономика наконец научилась считать своим успехом не только богатство владельцев, но и развитие человека.

А капиталистам я бы настоятельно посоветовал не беспокоиться. Если они действительно создают полезное, умеют работать, изобретать и организовывать производство, новая система вряд ли станет отказываться от подобных способностей.

Гораздо сложнее придётся тем, кто привык получать вознаграждение исключительно за обладание правом на его получение. Ну и тем, кто выдает такие индульгенции.

Впрочем, не станем заранее лишать их надежды. Возможно, некоторые из этих господ действительно обладают выдающимися талантами, о которых общество пока ничего не знает в силу своей темноты.

Кстати, вот и представится прекрасная возможность познакомиться с ними поближе.

Гоголь, пожалуй, остался бы доволен. Его ревизор проверял чиновников, а новый собирается проверить целый общественный порядок.

Разница лишь в том, что раньше при известии о проверке господа прятали взятки, а теперь некоторым, боюсь, придётся прятать экономические теории.

Особенно те, согласно которым всякий получает ровно столько, сколько заслужил.

Не исключаю, что именно с их тщательной проверки и начнётся восстановление справедливости.

Ваш кот Хреномот.

84 %
93 %

Комментарии 16

Войдите, чтобы оставить комментарий.

А
уровень 1 в 4 часа
Социализм не может вернуться, потому что те, кто могут что-то возвращать, не сделают этого в силу движения противоположным курсом, так скажем.
Полезно
—
Уместно
—
М
уровень 1 в 3 дня
Красиво сказано. Только вот думаю, что новые социалисты будут обеспокоены больше не новым социализмом, а своим положением в нём. И то, если сумеют его построить...
Полезно
Уместно
уровень 1 в 3 дня
Судя по оголтелой активизации критиков марксизма везде и по всюду, чуют буржуи, что рябчиков есть уже не долго осталось.
Полезно
Уместно
уровень 1 в 3 дня
Проверяющие, восстанавливающие справедливость, не создают ничего, следвательно им ничего не полагается в Вашем будущем социализме: ни еды, ни воды, никаких благ.
Полезно
Уместно
уровень 1 в 2 дня
Попахивает сказкой, но давно я подобного не читал... с момента когда закрыл учебник по политэкономии. Там прям очень много текста было, но хорошего философского текста. В общем текст хороший, а на инструкцию к жизни не похож.
Полезно
Уместно
—
уровень 3 в 2 дня
Цитата: - "если общество действительно выберет этот путь". А с чего бы ему выбирать этот путь? Общество тупое, примитивное и ленивое. Оно хочет "Дом-2", Инстасамку и пива.
Полезно
—
Уместно
—
уровень 1 в 2 дня
Люди, которые дружат с головой от социализма шарахаются как от чумы. Для того есть весь ые причины. Я кстати уже разбирал тему общественного блага. И общее благо всегда достигается ценой жертвы индивидуума. СССР наглядный тому пример как люди строили будущее, но при этом сами забыли пожить. Когда человек живёт ради общества это выгодно обществу в целом, но не выгодно человеку. Разницу кстати Наде государство сейчас очень сильно ощущает. Поколение родившееся в СССР ответственное и болеет за общее дело. Испытывает муки совести, если на работе проблемы. Поколение родившееся в РФ это строго деловые отношения между работником и работодателем. Есть деньги, есть работа. Нет денег - нет работы. Поколение Z очень не выгодно предпринимателям, поэтому многие хотят внедрить фишки социализма (традиционные ценности и духовное выше материального), но при этом оставив капитализм. Получается такой идейный раб на котором наживаются и государство и предприятия.
Полезно
—
Уместно
—

Социализм вернётся.

Зарисовки кошачьей лапой

Помнится, Николай Васильевич Гоголь однажды переполошил целый город сообщением о приезде ревизора. Удивительный был человек, скажу я вам! Одной фразой довёл чиновничество до такого душевного состояния, какого нынешние психиатры не добьются и за год интенсивной терапии.

А ведь всего-то требовалось проверить, как господа распоряжались доверенным им хозяйством.

С тех пор многое изменилось. Ревизоров теперь встречают с цветами, результаты проверок публикуют на официальных сайтах, а отдельные хозяйственные достижения настолько грандиозны, что разобраться в них не способны даже непосредственные участники. Зато научились замечательно объяснять обществу, почему чем лучше идут дела, тем больше денег требуется на их дальнейшее улучшение.

И вот тут у меня возникло подозрение, что в Россию снова собирается социализм. Причём без приглашения, без революционного броневика и даже без соответствующей записи в календаре государственных праздников.

Не исключаю, что некоторые господа воспримут это известие с тем же восторгом, с каким гоголевский городничий встретил ревизора. Особенно если социализм начнёт с совершенно неприличного вопроса: кому принадлежит богатство страны и почему его распределяют именно таким образом?

Вопрос, согласитесь, крамольный. Ещё опаснее только предложение проверить ответ.

Прудон, человек решительный, скажу я вам не понаслышке, и, судя по всему, не слишком озабоченный сохранением добрых отношений с собственниками, когда-то объявил собственность кражей. Сильно сказано! Я бы, впрочем, поостерёгся подобных обобщений, особенно сейчас. У меня имеется собственная миска, и желающим проверить на ней справедливость прудоновской теории предварительно рекомендую оформить страховку и не только на имущество.

Но если миску наполняет весь двор, корм добывают сообща, а затем появляется почтенный господин и объявляет, что отныне все обязаны платить ему за право обедать, я начинаю понимать французского мыслителя. Особенно если выясняется, что миску господин получил в ходе приватизации, кормушку зарегистрировал как стратегический актив, а территорию вокруг огородил в целях защиты свободной конкуренции.

Впрочем, к собственному производству всё сказанное отношения не имеет. Человек построил завод, организовал дело, создал полезный товар — вот ему-то честь и хвала. Я вообще с большим уважением отношусь к предпринимателям, способным производить что-нибудь помимо отчётов о собственной исключительности.

Меня занимают другие представители капиталистического сословия. Те, чьё предпринимательское дарование проявляется преимущественно в искусстве владеть. Причём владеют они настолько талантливо, что необходимость лично участвовать в производстве давно отпала. Работают инженеры, изобретают учёные, трудятся рабочие, организуют процесс управляющие, а собственник осуществляет самое ответственное — получает результат.

И здесь приходится признать выдающееся достижение капитализма: он первым создал профессию, заметьте, не первую из древнейших, но очень на нее похожую по своему поведению, в которой отсутствие на рабочем месте способно свидетельствовать об исключительно высоком общественном положении.

Оскар Уайльд устами одного из своих героев определил циника как человека, знающего всему цену и не понимающего ценности. Боюсь, великий ирландец несколько поторопился в своих утверждениях. Современный хозяйственный циник прекрасно понимает ценность, и особенно чужого труда. Просто старается приобрести её подешевле, а продать подороже. Если же приобрести не удаётся, всегда можно взять в аренду вместе с человеком, его временем и профессиональными способностями. Не Карабас, но близко.

Надо отдать должное — талант коммерческий. Однако я бы не стал безоговорочно принимать его за высшее проявление человеческого разума. Иначе придётся признать, что наиболее совершенная форма цивилизации наступит тогда, когда один человек будет владеть всем, а остальные получат равное право выбирать способ оплаты.

О, между прочим, о равенстве.

Анатоль Франс однажды язвительно заметил, что закон одинаково запрещает богатым и бедным ночевать под мостами. Прекрасная иллюстрация юридической справедливости! Сегодня к ней можно добавить и экономическую. И миллиардер, и школьный учитель имеют совершенно одинаковое право приобрести контрольный пакет крупной компании. Закон не препятствует никому.

Учителю остаётся лишь проявить достаточную предприимчивость. Например, сократить расходы на завтраки лет так на триста.

Но оставим пока этих господ. Прогресс уже готовит им неприятности гораздо серьёзнее моих размышлений.

Человечество изобретает всё более совершенные машины, которые постепенно освобождают человека от тяжёлого труда, либо делают вид, что так делают. Но все-таки, автоматизированные линии работают быстрее, программы решают сложные задачи, искусственный интеллект берётся за профессии, ещё недавно требовавшие многолетнего обучения, или присутствия на обучении, в общем, на что хватит серого вещества. Казалось бы, наступает долгожданное освобождение! Ура, товарищи, ура! (где-то в сторонке восклицает Ленин).

Однако выяснилась прелюбопытнейшая подробность. Машина освобождает человека от работы, а работодатель — от необходимости выплачивать ему зарплату. В результате первый приобретает свободное время (аллилуйя, свершилось!), второй — дополнительные доходы. Оба, несомненно, выиграли от научно-технической революции.

Но вот, загвоздка, правда, первому теперь придётся искать работу. Кстати, психологи подтвердят, что это уже прекраснейшая возможность для личностного роста, о чём ему непременно сообщат специалисты по управлению персоналом в последний день работы.

Особенно умиляет меня выражение «высвобождение трудовых ресурсов». Какая забота! Человека словно выпускают из клетки на волю. Только почему-то вместе с клеткой исчезает кормушка, а территория вокруг уже кому-то принадлежит. Шагнул – плати негодяй!

Вот здесь и обнаруживается главная странность современного хозяйства. Общество способно производить всё больше, затрачивая всё меньше человеческого труда, но вот освобождённое время ещё не становится всеобщим достоянием. Его экономическая судьба определяется прежде всего тем, кому принадлежит машина и кто распоряжается полученным результатом.

Ничего удивительного, что при таком устройстве социализм рано или поздно напомнит о себе.

Причём вовсе не с явным намерением, по крайней мере вначале, отобрать у капиталистов последние запонки. Эти безделушки пусть оставят себе. Меня гораздо больше интересует, каким образом технический прогресс должен улучшать жизнь людей, если его результаты распределяются преимущественно в соответствии с правом владения.

Конечно, любой образованный, в смысле с дипломом и увешанный разного рода регалиями, экономист немедленно объяснит мне, что всё значительно сложнее и мне, как не специалисту это не под силу понять. Потребуются инвестиции, обновление оборудования, возмещение рисков, обеспечение рентабельности и прочие, прочие, в общем так необходимые экономике вещи. С этим я согласен, ну или от части – в меру своего непонимания. Более того, именно поэтому не предлагаю раздавать всю прибыль предприятия возле проходной по пятницам.

Но разве из необходимости инвестиций следует, что общество должно довольствоваться ролью благодарного зрителя собственного развития?

Новый социализм, как мне представляется, и будет искать ответ на этот вопрос. Возможно, через участие работников в результатах производства, общественные фонды, кооперацию, государственное управление стратегическими ресурсами и другие способы согласования личных интересов с общественными. Хотя последние то же личные, но только, как говорится, приходят к нам через Северный полюс.

И тут, предвижу, начинается самое интересное. Стоит произнести слово «государственная собственность», как одни уже готовы петь революционные песни, а другие принимаются судорожно вспоминать расположение ближайшего международного аэропорта.

Напрасно волнуются и те и другие.

Государственная собственность ещё не означает общественной справедливости, к прискорбию, не означает. Можно во всеуслышание объявить предприятие народным, назначить руководителем заслуженного деятеля, ну там с медальками и дипломами, украсить приёмную государственной символикой и торжественно доложить об историческом восстановлении прав трудящихся. А затем выяснить, что трудящиеся по-прежнему не имеют отношения к распределению доходов, зато назначенный руководитель обзавёлся такими удобствами, о которых прежний капиталист мог только мечтать.

Всё будет совершенно законно. Особенно служебный автомобиль, загородная резиденция и расходы на представительские нужды и не только себе. Ведь представлять интересы народа, скажу я вам, занятие довольно-таки утомительное. Иногда требуется даже выезжать за границу, чтобы на месте убедиться, насколько тяжело живётся зарубежным капиталистам.

Грибоедовский Чацкий, помнится, не возражал против службы, но тяготился прислуживанием. Некоторые современные управленцы, вероятно, нашли бы в этом утверждении досадную неточность и сетовали неустанно бы на нее. Служить обществу, конечно, почётно, но гораздо удобнее, когда общество прислуживает тебе.

Особенно если прислуживание оформлено отдельной строкой государственного бюджета.

Вот почему будущему социализму придётся начинать не с торжественного переименования собственности, а с гораздо более сложного предприятия — воссоздания руля, что действительно поворачивает в нужную сторону. Ну и не забудет про ответственность, ту, настоящую.

Не перед собственным начальством, не перед тщательно подобранной комиссией и даже не перед ведомственной пресс-службой, способной аккуратно превратить любую неприятность в выдающееся достижение. Перед людьми, ради которых хозяйство и существует.

Признаюсь, задача, скажу я вам, нелёгкая. Государственных служащих с детства следует приучать к мысли, что должность — это обязанность, а не разновидность наследственного поместья. Иначе общественная собственность быстро приобретёт весьма оригинальное устройство: принадлежит всем, распоряжаются немногие, а отвечать за последствия предлагается остальным.

Салтыков-Щедрин, полагаю, от подобного порядка пришёл бы в литературный восторг. Правда, ему пришлось бы изрядно потрудиться: современная административная изобретательность порой оставляет сатирика без работы. Пока он сочиняет гротеск, соответствующее ведомство уже утвердило его в качестве инструкции.

Но самое опасное я вижу даже не в чиновниках. Их, в конце концов, можно контролировать, проверять и заменять, если общество обладает необходимыми средствами. Гораздо сложнее справиться с человеческим желанием передать кому-нибудь ответственность за собственное будущее.

Народ может получить прекрасные права, к примеру выборы, и не воспользоваться ими. Ему могут предоставить возможность участвовать в управлении, а он предпочтёт доверить всё очередному благодетелю, обещающему решить проблемы без малейшего участия граждан.

И благодетель, скажу я вам, обязательно найдётся. Более того, будет искренне благодарен народу за доверие. Особенно если оно распространяется на финансовые вопросы и не предполагает последующей проверки результатов.

Поэтому идущему по дороге к нам социализму потребуется человек, умеющий мыслить самостоятельно. Не тот, кто безошибочно повторяет правильные политические формулы, а тот, кто понимает содержание происходящего, способен оценивать последствия решений и не испытывает священного ужаса перед руководителем, вооружённым красивым отчётом.

И вот здесь образование становится делом куда более серьёзным, чем подготовка специалистов для рынка труда. Стране нужны люди, умеющие шевелить своими мозгами, хотя бы по понедельникам, понимать устройство хозяйства, отличать общественную пользу от удачного рекламного слогана.

Потому что социализм без такого человека неизбежно рискует превратиться в систему, где все богатства принадлежат народу, а самому народу принадлежит почётное право регулярно благодарить за это руководство. Кстати, а не плохая национальная идея.

Знаете, есть в истории Маркса одна замечательная деталь, по крайней мере из тех, что я помню. Вместе с Энгельсом он когда-то отправил по Европе призрак коммунизма. С тех пор этот дитя справедливости изрядно потрепали, неоднократно хоронили, торжественно объявляли исчезнувшим и даже пытались убедить человечество, что покойник никогда не существовал.

А он, похоже, опять собирается навестить всех живущих.

Правда, на сей раз может явиться без старого партийного билета, без обязательного набора идеологических догм и с весьма неприятной для некоторых господ бухгалтерской книгой.

И обнаружится, что вопрос уже не в том, следует ли богатых ненавидеть за богатство. Ненависть, признаться, вообще плохой бухгалтер. Особенно если вчерашние обездоленные, получив доступ к общественному имуществу, начинают проявлять такие собственнические таланты, которым позавидовали бы наиболее опытные капиталисты.

Речь о другом: какую пользу приносит обществу конкретное хозяйственное устройство и насколько справедливо распределяются результаты общего труда? Кстати, если эту мысль не высказал Маркс, то позвольте я присвою ее себе.

Вот это, по моему разумению, и будет главным содержанием социализма новой эпохи. Не зависть к состоятельному соседу, не всеобщее равенство в бедности и уж точно не желание отнять у удачливого пекаря его булочную ради торжества общественной собственности.

Пусть печёт хлеб. Чем лучше, тем приятнее всем остальным. А вот если кто-нибудь приобретёт исключительное право взимать плату со всех пекарей только потому, что когда-то сумел оформить на себя единственную дорогу к мельнице, тут общество вправе проявить интерес. И вовсе не революционный. Обыкновенный хозяйственный, но с настойчивостью Глеба Жеглова.

Ибо справедливость начинается, пожалуй, там, где человек перестаёт путать собственную пользу с общественной, а общественную — с собственным правом ею распоряжаться. Это я сам слышал от самого родоначальника Капитала, но мысль эту он так и не записал, к сожалению.

Конечно, социализм ещё предстоит создать, если общество действительно выберет этот путь. Сам собой он не возникнет, а любая попытка ускорить строительство справедливости посредством хозяйственного разрушения рискует закончиться весьма печально и трагично для многих. Впрочем, человеческая история уже достаточно богата подобными опытами, чтобы испытывать к повторению особенную страсть.

Но я всё же думаю, что наша страна придёт к новой форме социализма. Не исключаю, что название будет иным, формы собственности — разнообразными, а само устройство окажется непохожим на представления сегодняшних сторонников и противников.

Главное, чтобы экономика наконец научилась считать своим успехом не только богатство владельцев, но и развитие человека.

А капиталистам я бы настоятельно посоветовал не беспокоиться. Если они действительно создают полезное, умеют работать, изобретать и организовывать производство, новая система вряд ли станет отказываться от подобных способностей.

Гораздо сложнее придётся тем, кто привык получать вознаграждение исключительно за обладание правом на его получение. Ну и тем, кто выдает такие индульгенции.

Впрочем, не станем заранее лишать их надежды. Возможно, некоторые из этих господ действительно обладают выдающимися талантами, о которых общество пока ничего не знает в силу своей темноты.

Кстати, вот и представится прекрасная возможность познакомиться с ними поближе.

Гоголь, пожалуй, остался бы доволен. Его ревизор проверял чиновников, а новый собирается проверить целый общественный порядок.

Разница лишь в том, что раньше при известии о проверке господа прятали взятки, а теперь некоторым, боюсь, придётся прятать экономические теории.

Особенно те, согласно которым всякий получает ровно столько, сколько заслужил.

Не исключаю, что именно с их тщательной проверки и начнётся восстановление справедливости.

Ваш кот Хреномот.

  ЮМОР  РОМАН ОМЕЛЬЯНЧУК  КУЛЬТУРА  ЮМОРИСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ

Оценить запись

84 %
93 %
Категория
100 %

Категория записи указана верно?
Экономика и Труд

Тематики
100 %

Оцените качество выбора тематик

Поделиться