Начало: Артель как часть Русского Мiра

Как принимали в артель? Был ли испытательный срок? Был ли вступительный взнос? Как исключали из артели? Как были связаны между собой артель, семья, община, государство? Происхождение артели. Государственный надзор.

Изображение сгенерировано AI

1. Как принимали в артель?

Надо сразу упомянуть, что артель в жизни наших предков была малой общиной в большой Общине и потому принципы обще-жития распространялись и на артель. И потому человек в артель не нанимался, а должен был по умолчанию принять «право оной артели», то есть принимал заранее на себя все обязательства артели и права артели. И тут точнее сказать, что не человек просился в артель, а человека приглашали в артель, если видели, что на него можно положиться. Как правило, происходило это на базе рекомендации кого-либо из членов артели.

2. Был ли испытательный срок для принятия в артель?

Испытательного срока, как правило, не было, поскольку в артель приглашали человека, за которым уже наблюдали и видели его в деле, прежде, чем пригласить в артель.

И тут срабатывал великий принцип Русского Мiра: мiр для человека — это его пространство жизни, человек — часть мiра. ТО есть, артель для человека становилась некой малой общиной. Но, опять же, это была не уравниловка, а обусловленная нравственная дисциплина. И не нужно было каждому объяснять, что можно, а что не желательно.

3. Был ли вступительный взнос

Да, в некоторых видах артелей он был. И был он чаще всего безвозвратный, что повышало статус артели. Каждый знал, что взнос — это ещё и подтверждение того, что артель тебя приняла как своего и твой взнос или пай — это твоё согласие быть «одним из».

4. Как исключали из артели?

Исключали общим голосованием. Как правило — за неисполнение обязанностей перед артелью или нанесённый артели вред. Но такие случаи были редкостью. И, следует заметить, что вопрос об исключении основывался не на личном конфликте двух работников артели, а был вопросом доверия или недоверия всей артели, поскольку это ведь — локальная среда обитания каждого и любое действие — на виду у всех. И ответственность за каждого — общая.

Интересно, что в советской артели регламентом определялось присутствие при голосовании не менее двух третей членов артели.

Интересно также предположить, если бы при голосовании голосов было поровну. Однако, мне кажется, вопрос этот более теоретический; на практике подобное не могло быть, поскольку действовал принцип коллективной ответственности, а он не терпит толерантности, которую ни в коем случае не следует путать с терпением. Могли терпеть медлительность товарища в работе, но не имитацию работы, поскольку, повторюсь — все были у всех на виду. Различение у артельшика-специалиста срабатывало безошибочно. И потому халтурить было безсмысленно. Все всё видели сразу.

Сделаем здесь промежуточный вывод:

принятие в артель — это не только получение права на долю общего результата; это одновременно принятие доли общей ответственности.

Артель всегда решала: «Готовы ли мы связать с этим человеком свою ответственность?»

5. Где проходила граница между артелью, семьёй, общиной и государством?

Семья артельщика не становилась автоматически частью артели, но это не означало, что артельщик рассматривается в артели только как работник. То есть, работала установка: артельщик - член артели, а его семья получает часть результатов совместного хозяйства и участвует в нём, причём, учитывалось количество членов семьи, потребности и наличие в семье «рабочей силы» - то есть трудоспособных членов семьи.

Мог ли сын артельщика стать артельщиком?

Мог, если способен был, например, работать наравне с отцом, заменить его. Это не означает, однако, его автоматического принятия в артель. Он должен был сам стать пригодным участником артели, и сама артель решала — принять его или нет. Возраст 16 лет считался уже допустимым для работы в артели возрастом, но принятие в артель подростков было скорее исключением, когда, например, отец терял трудоспособность и сын был готов заменить его.

6. Происхождение артели

Была ли артель самоорганизацией?

Да, это и есть та самая самоорганизация в Русском Мiре, когда человек сам определяет полезность коллективного добровольного труда, сам решает вопросы организации и коллективной ответственности.

В этом видна цивилизационная зрелость русского народа — коллективный труд на основе самоорганизации.

И именно эта цивилизационная зрелость русских всегда была бельмом на глазу у всех глобализаторов всех времён. Именно её и боятся все расхитители Русского Мiра.

Русский народ исторически умел заключать договоры простым рукопожатием («ударили по рукам») и «честным словом». «Слово чести» у русских с давних времён было выше всяких письменных договоров, гербовых печатей и клятв. И именно его старались вытравить из жизни русского народа разными способами.

В романах Павла Мельникова-Печёрского «В лесах» и «На горах» можно найти примеры, как купцы-старообрядцы «ходили с шапкой по кругу» собирать деньги на дело «под честное слово», никто не давал никаких расписок, а уж о процентах (имеется ввиду процент под ссуду) вообще и слуху не было. Была «вера на Слово».

Тут следует выделить:

Самоорганизация артели не означала отсутствие внешних отношений. Она означала, что внутренний порядок вырабатывался и поддерживался самими участниками. Артель искала и получала заказ, а внутри определяла,

кто работает,

как работает,

кто отвечает,

как распределяется результат.

7. Когда начался государственный надзор?

Российское государство взаимодействовало с различными артелями и раньше, оставляя, однако, за ними свободу выбора и уровень доходов. Но переломным моментом в правовом оформлении именно трудовых артелей стал 1902 год.

Из официальных документов известно, что 1 июня 1902 года было утверждено Положение об артелях трудовых. Оно впервые дало общую законодательную конструкцию трудовой артели: товарищество, созданное для определённых работ или промыслов, с личным трудом участников, общим счётом и круговой порукой. Закон регулировал состав артели, имущественные отношения, учреждение и внутреннее самоуправление. То есть, государство стало юридически фиксировать правовую рамку артели, а, стало быть, получило доступ и к сбору налогов с артели.

Однако, ради справедливости, следует сказать, что государство этим не уничтожило самоуправление в артели.

Общий вывод по этому материалу:

Артель была не просто «семьёй по профессии». Она представляла собой самостоятельный круг добровольно принятых обязательств, порождающих личную ответственность, принимала человека в артели как равноправного и полноправного гражданина со всеми его правами и обязанностями. Главное: человек в артели не был «вещным» «служебным», не принадлежал артели как «человек корпорации» с её кодексоми и привилегиями; он понимал сопряжённость своей личной жизни с жизнью артели, общества, Мiра, что предполагает, в первую очередь, сбалансированность между своей личной свободой и своей личной ответственностью за свои слова и дела. Словом, человек в артели оставался Человеком.

Мы можем продолжить предметный разговор об артели, а для этого материала информации, думаю, достаточно.

Продолжение: Артель - взгляд снаружи и изнутри, часть 2

Подготовил Алексей Мамаев (Knig Oboz)