Что происходило с живой самоорганизацией, когда дореволюционную артель начинали превращать в формальную организацию — с внешними правилами, начальством, фиксированными функциями и административным управлением?

Начало здесь: Артель как часть Русского Мiра, Артель - взгляд снаружи и изнутри, часть 1, Артель - взгляд снаружи и изнутри, часть 2.

В этом материале я постараюсь опосредовано ответить на вопрос - существуют ли артели в нашем нынешнем общественно-экономическом укладе, и, если да, то каковы особенности их нынешнего существования?

Почему ответ будет не прямой, а опосредованный? Потому что впереди любого творческого начинания впереди стоит государственный административно-управленческий аппарат и его никак не обойти. Хорошо это или плохо - будет показано здесь. И тогда каждый сам себе сможет ответить на вопрос о возможности существования артелей в современной России.

Возможно, по мере написания этого материала я сам обнаружу возможность сказать больше, чем задумывал.

Картина "В столярной мастерской" Лавра Кузьмича Плахова, русского художника, 1845 г. Картина экспонируется в Третьяковской галерее, г. Москва

Напомню мой главный тезис: дореволюционная артель - это живая самоорганизация людей, это община в общине. То есть, изначально это была творческая инициатива самих людей, которые видели в ней потребность именно с своей локальной среде обитания, в своём жизненном пространстве, которое с давних времён было сформировано на принципах обще-жития Русского Мiра: живи сам и помогай жить другим.

И тут мы задаём наш вопрос: Что происходило с этой живой самоорганизацией, когда дореволюционную артель начинали превращать в формальную организацию — с внешними правилами, начальством, фиксированными функциями и административным управлением?

Думаю, что у многих из нас до сих пор на слуху, на памяти неприятное слово - «формализм» или точнее - «бюрократический формализм». Это - когда строго соблюдается внешняя форма, ритуал, процедура, но при этом забываются суть дела или игнорируется само дело, и из-за этого возникают проблемы. Тогда, грубо говоря, творческий потенциал хорошего начинания, «сливается», у инициатора утрачивается мотивация, падает энтузиазм, появляются сомнения в успехе начинаемого дела.

Скажите самаму себе честно: сталкиваемся мы в нашей жизни часто с бюрократическим формализмом?

Я помню, что слово "формализм" ещё во времена СССР стало синонимом превращения живого дела, основанного на самоорганизации людей и их творческом подходе к решению разных жизненных задач, в "заорганизованность", то есть - прежде: поход "на поклон", на «добро» к чиновнику, создание уставных документов, согласования, принятие решений, отчёты и тому подобное. И, после всех этих процедур творческая энергия, словно испарялась, люди теряли интерес к делу.

Я полагаю, что желание административного государственного аппарата (на всех его уровнях) взять всех и всё под свой административный контроль - это не злонамеренность. Но это - застарелая проблема взаимоотношения государственной власти с творческими начинаниями народа. Желание контролировать оправдывается намерением "иметь порядок" в государстве. И это недоверие к людям, к их инициативам, вполне можно понять, но с одной оговоркой: власть и народ смотрят на мир "из разных окон". Человек, пришедший во власть, попадает в иную среду обитания и сопряжение (стойкая связь) с той средой, из которой он изначально вышел, теряется или искажается. Это проблема пока до сих пор не решена и вряд ли будет решена в скором будущем.

Но факт - что решать её надо!

Попробуем порассуждать так

Человек, пришедший во власть, в административно-управленческий аппарат, попадает в иную среду обитания.

Человек пришёл из одной среды — например, из артели, предприятия, деревни, профессионального сообщества. Там его положение определяется непосредственной обратной связью:

сделал → получил результат → увидел реакцию других → скорректировал действие.

Он находится внутри живого обмена.

А затем он оказывается в административной среде, где появляются другие связи:

полномочие → предписание → согласование → отчёт → контроль → ответственность перед вышестоящим уровнем.

И постепенно меняется не только его должность. Меняется сама система обратной связи.

Он уже не обязательно видит человека, который непосредственно выполняет работу. Между ними возникают документы, нормативы, посредники, показатели, процедуры.

И вот здесь появляется очень интересная вещь.

1. Контроль начинает производить потребность в новом контроле, появляется контроль за контролем.

Предположим, административная система исходит из вполне понятной предпосылки:

«Если не контролировать людей, возможны нарушения».

Вводится процедура контроля.

Но процедура сама требует контроля:

кто проверяет исполнение процедуры?

Появляется следующий уровень.

Затем возникает вопрос:

а кто контролирует контролирующего?

И постепенно получается конструкция, в которой средство обеспечения порядка начинает самостоятельно разрастаться.

Причём каждый отдельный участник этой системы может действовать вполне добросовестно. Ему не обязательно хотеть «подавить народ». Он может просто выполнять свою функцию.

2. Что мы здесь видим

Возникает самовоспроизводящаяся конфигурация контроля. Это - не «злые чиновники», это система начинает работать на саму себя.

И тогда человек внизу начинает восприниматься уже не как источник инициативы, а как потенциальный источник отклонения от нормы.

И это - настоящая проблема современного общественно-экономического уклада и нашей административно-властной структуры государства.

3. Теперь устремим взгляд на общество:

Человек из артели смотрит:

«Что нам нужно сделать, чтобы дело получилось?»

Административный человек смотрит:

«Как сделать так, чтобы действие соответствовало установленному порядку?»

Оба могут искренне хотеть порядка.

Но это уже разные порядки.

Для первого порядок — это согласованность живых действий.

Для второго порядок — это соответствие установленной процедуре.

И вот тут мы вспоминаем другое неприятное слово - заорганизованность.

Она начинается, вероятно, не с какого-то одного лишнего документа. Она начинается тогда, когда процедура перестаёт обслуживать живое дело и само дело начинает обслуживать процедуру.

И вот это уже - так называемая вещь в себе, тот самый «крепкий ррешек», который пока никто не может раскусить.

Я думаю, что я смог опосредовано ответить на вопрос о существовании артелей, и не только артелей, в нашем современном общественно-экономическом укладе.

Проанализировать сказанное мной и самостоятельно сделать выводы - это посильно каждому человеку, было бы желание.

Продолжение: Артель в современном обществе

Материал подготовил Алексей Мамаев (Knig Oboz).