Жертва Хрущевской слякоти

Мы привыкли считать «Белые росы» (1983) трогательной комедией с ноткой грусти. Фильм, где старый ветеран Федос Ходас умирает, благословляя непутевых сыновей, а за окном бульдозер сносит родную деревню. В интернете полно слезливых постов: «Вот она, настоящая жизнь! Вот она, память о корнях!»

А давайте посмотрим правде в глаза. Снимите розовые очки. По сути, перед нами — красивое, талантливо снятое, но нравственно трусливое кино. Кино, которое виртуозно перекладывает ответственность с человека на эпоху и оправдывает духовную лень.

Что можно решить при помощи бутылки?

Главный вопрос, которого боится фильм

Почему у героя войны, сильного, мудрого и принципиального Федоса, выросли такие сыновья? Старший — меркантильный мещанин, средний — спекулянт и выпивоха, младший — пустой балагур.

Нам, зрителям, подсовывают привычную отмазку: «Ну, время такое. Хрущёв, брежнев, урбанизация, квартиры, аборты, разложение». Мол, уходила старая деревня в небытие, а вместе с ней — и совесть. И дети-де просто жертвы «гнилой» городской цивилизации.

Но стоп. А как же Федос? Он тоже жил в это же время. Его тоже собирались выселить и сломать дом. Однако он остался Человеком с большой буквы до последнего вздоха. Почему? Потому что у него был внутренний стержень. А у его сыновей — нет.

И вот здесь фильм совершает подлог. Вместо того чтобы спросить: «Где же был отец, когда формировались характеры его детей?», вместо того чтобы показать, как взрослые сыновья наконец берут себя в руки, режиссер делает Федоса святым мучеником, а их — несчастными заложниками обстоятельств.

Отец, который не справился

Давайте по-мужски, без сюсюканья. Федос — великий труженик. Он пахал на трех работах, защищал Родину. Но что он сделал для душ своих сыновей? Он дал им сытость, одежду, защиту. Но он не дал им главного — он не научил их ответственности, не передал им свою волю.

Он построил вокруг них тепличные условия, а когда пришло время, выяснилось, что внутри этих теплиц выросли слабые, эгоистичные растения. Он — прекрасный солдат, но плохой педагог. Он вырастил мужчин, которые не умеют держать удар. И это не стыдно признать — это бывает с каждым. Но в фильме Федос умирает с ореолом непогрешимого праведника, а его педагогический провал списывается на «внешние факторы».

Всепрощение как наркотик

Самое опасное в этом фильме — его финал. Федос умирает. Он прощает всех: сыновей, соседей, эту эпоху. И зритель со слезами умиления выдыхает: «Ну вот, всё хорошо, всё простили».

Но что изменилось? Андрей так и остался холодным карьеристом. Сашка — пьяницей. Васька — бездельником. Они не сделали ни одного шага к исправлению. Они даже не попытались! Но их оправдали. Их грехи покрыты смертью отца.

По факту получился библейский сюжет, где один своей смертью искупает грехи всех остальных.

Чему учит такое кино? Оно учит нас тому, что за свои слабости можно не отвечать. Можно списать всё на жизнь, на квартирный вопрос, на плохое время — и жить дальше, не меняясь. Это не нравственный урок, это индульгенция для безвольных.

Настоящее кино о совести

Если бы «Белые росы» были честным фильмом, они бы закончились не смертью старика, а жесткой сценой разговора. Где каждый из сыновей смотрит в глаза отцу и говорит правду о своей суете и погоней за удовольствием. Где Федос признает: «Я вырастил вас такими, простите». Где Андрей возвращается к жене, Сашка завязывает с бутылкой, а Васька идет работать.

Этого нет. Фильм дает нам сладкую пилюлю: «ты не виноват, что твоя жизнь пошла под откос, это всё время такое». Но время не делает человека подлецом. Подлецом он делает себя сам. Утром, когда решает, налить себе рюмку или изменить жене. Вечером, когда выбирает между удовольствием и совестью.

«Белые росы» — это великолепная картинка, великая игра актеров и прекрасная музыка. Но по сути это кино-обманка. Оно убаюкивает нас, говоря: «Ничего не делай, всё спишется, мир виноват».

А мир, как известно, ничего никому не должен. И отвечать за своих детей и за свои поступки придется не государству. А нам самим. И если мы не поймем этого, мы рискуем превратиться в таких же непутевых сыновей, которые ждут, пока кто-то умрет, чтобы освободить нас от ответственности.